Академик Марсель Бикбау: Надо продвигать на стройку российские инновации, а мы, как папуасы, покупаем все за рубежом

Популярное

Тарифы на коммуналку: Москва — не Ереван. Но все же…

За счет чего в кризисном 2015 году будет построено от 88 до 90 млн кв. м жилья

Кто и зачем атакует Минстрой

На вопросы журнала отвечает генеральный директор Московского института материаловедения и эффективных технологий, академик Российской академии естественных наук, Академии экологии безопасности человека и природы, Нью-Йоркской академии наук, профессор Европейского университета, д.х.н. Марсель БИКБАУ.


— Марсель Янович, как бы Вы оценили технологический уровень нынешней строительной отрасли в России?


— Ее техническое оснащение сегодня находится на уровне 70—80-х годов прошлого века. К сожалению, наши предприятия стали заложниками несовершенных и устаревших технологий. Можно сказать иначе: мы пали жертвой очень многих так называемых новшеств — технологий, материалов, конструкций, которые нынче вовсю продвигает в Россию Запад. А у него очень простая задача: ни в коем случае не допустить нашего возрождения.


Вот вам простой пример. Человек должен жить в тепле, правильно? И вот создана целая индустрия по выпуску теплоизоляционных материалов. Но ведь согреть — не единственная задача. Надо, чтобы при этом человек оставался здоровым, чтобы материалы, из которых сделаны его жилье и рабочий офис, не провоцировали болезни и не сокращали жизнь взрослых и детей.


Между тем сегодня в России наблюдается по-настоящему критическая ситуация с производством и применением теплоизоляционных материалов. Рынок наводнен так называемыми эффективными утеплителями.


Производства, технологии и материалы, которые на Западе уже давно считаются вредными, неэкологичными и недолговечными (прежде всего, пенополистирол) наводнили нашу страну. При этом они являются еще и пожароопасными, способными при возгорании убивать все живое буквально за секунды.


Зачем нам такое? Я считаю, что все это — плоды трудов тех «доброжелателей» России, кто давно хочет превратить нашу страну в свой сырьевой придаток. Оставить миллионов этак тридцать для обслуживания трубопроводов, газопроводов, а остальных — отправить в небытие.


Принятие в нашей стране в 1979 году СНиП по энергосбережению, при всей его актуальности, оказалось вредным с точки зрения жизни и здоровья людей.


И при всем этом наша страна является редким примером по эффективному решению проблем теплоизоляции.


 


— Что Вы имеете в виду?


— Есть замечательный материал — керамзитовый гравий. Что это такое? Обожженная глина: экологичный на все 100% материал, обладающий при этом долговечностью, великолепными теплоизоляционными свойствами, пожаробезопасностью.


В нашей стране, спасибо матушке-природе, есть огромные запасы сырья для его производства — вспучивающихся глин. В СССР керамзитовый гравий выпускался в объемах, в десятки раз превышающих мировое производство. У нас было 460 заводов по его выпуску, более 80% жилья при советской власти производилось с применением керамзитобетона.


Из этого материала изготавливалось два вида изделий: керамзитобетонные панели и блоки. У керамзитового гравия замечательные характеристики: плотность в среднем составляет около 400 кг на 1 куб. м. Соответственно, коэффициент теплопроводности в насыпном состоянии находится на уровне 0,10.



Расход цемента для керамзитобетонных изделий составлял около 350 кг на 1 куб. м керамзитобетона. Но наша стройиндустрия выпускала керамзитные блоки и панели средней плотностью 1200 кг на 1 куб. м. Каждое зерно керамзитового гравия «плавало» в цементно-песчаном растворе в пропорциях по объему примерно 1:1. Это значительно ухудшало теплоизоляционные свойства стен и утяжеляло сами здания. Чтобы при применении керамзитобетона для ограждающих конструкций вписаться в нормы энергосбережения, при такой плотности требовалась толщина стен в 1,5—2 м. Понятно, что это много.


И вот в 1979 году из благих «энергосберегающих» побуждений керамзитобетон был, по сути, приговорен. В результате радикального сокращения объемов выпуска керамзитобетона стало неуклонно сокращаться и производство керамзитового гравия. Сегодня в стране осталось около 230 заводов, которые могут производить этот материал. То есть вдвое меньше, чем было в советский период.


 


— Но как усовершенствовать технологию, чтобы получить керамзитобетонные блоки с нормальными характеристиками энергосбережения? Появилось ли в этом плане что-то новое?


— Я к тому и веду. Решение проблемы оказалось, как ни странно, весьма простым. Для получения энергосберегающего теплоизоляционного материала на основе керамзитового гравия я применил не имеющую мировых аналогов технологию его капсуляции в цементом растворе.


По этой технологии керамзитовый гравий покрывается тончайшей оболочкой (0,1—0,2 мм) вяжущего цементного раствора, без песка. Получился замечательный массив, который обладает отличными теплоизоляционными свойствами при определенной несущей способности.



Новую технологию и материал я назвал «капсимэт». Его плотность — от 500 до 600 кг на 1 куб. м. При этом расход цемента находится на уровне 100—120 кг.


Была создана технология капсуляции керамзита и оборудование для его производства. Керамзитовый гравий связывается здесь раствором цемента в точке касания гранул, а остальной объем заполняется воздухом.


Капсимэт можно эффективно применять в качестве утеплителя для самонесущих монолитных стен, для изготовления крупноразмерных строительных блоков.


 


— И насколько широкое применение нашла в России ваша революционная технология?


— Она работает уже больше 25 лет: первый дом по ней я построил еще в 1988 году. А всего я и мои последователи возвели по этой технологии более тысячи домов в Москве, Подмосковье, Самарской, Тверской и ряде других областей.


Дома, построенные по этой технологии, быстровозводимые, дешевые и энергосберегающие. В них нет никаких импортных и отечественных вредных «эффективных утеплителей».


Например, стоимость 1 кв. м коробки дома площадью 540 кв. м для многодетной семьи (17 человек), построенного нами в 2005 году в селе Гвардейском Калининградской области, составила всего 9600 руб.


Причем при строительстве мы применяем две собственных технологии: трубобетон и монолитные стены из капсимэта. На отопление домов со стенами из этого материала расходуется в два раза меньше топлива — соответственно, и жители платят за отопление в два раза меньше.


Кроме всего прочего, стены таких домов «дышат», то есть мы полностью решили и проблему кислородного голодания людей.


 


— Какие еще наработки вашего института способны вывести российскую стройиндустрию на новый уровень?


— То, что предлагает наш институт, способно при масштабном освоении вывести нашу страну по строительству на одно из первых мест в мире. И это не бахвальство, а факт, подтвержденный многолетними исследованиями.


Что для этого нужно? Только одно — государственная воля. И чтобы занимались внедрением инноваций не «эффективные менеджеры» (не дай, как говорится, Бог!), а технократы-профессионалы. Кадры решают все. А пока мы про это забыли, толку в стране не будет.


Нашим институтом разработан и реализуется на практике целый ряд инновационных технологий, которые, с нашей точки зрения, необходимо массово применять в строительстве. В их числе уже упомянутый капсимэт (технология макрокапсуляции), наноцемент (технология нанокапсуляции), оболочковые пигменты, негорючие пластмассы, бесфенольное искусственное дерево (технология микрокапсуляции), а также негорючие покрытия, материалы двойного применения и многое другое.


Вот что надо брать на вооружение в строительном производстве и продвигать на российскую стройку! А мы все покупаем за рубежом, как какие-то папуасы…


 


— Про положение отраслевой науки, чувствую, Вас лучше и не спрашивать, чтобы окончательно не портить Вам настроение…


— Да уж. Где сегодня находится наша строительная наука, даже сказать неприлично. Но главное — вывести ее из этого состояния еще можно!


Для этого нужно немедленно пересмотреть все учебные курсы. Собрать ректоров всех отраслевых вузов вместе с замами по учебной части — и провести ревизию всех учебников на предмет внесения туда инноваций. Это просто необходимо.


А мы сегодня учим молодежь знаниям вчерашнего дня. А каких специалистов получаем? Меня поразила недавняя информация о том, что в нашей стране рынок, то есть ежегодный оборот, фальшивых дипломов о высшем образовании, кандидатских, докторских диссертаций и пр. достиг 2 млрд евро! И все эти «специалисты» вливаются в нашу экономику и промышленность — как говорится, со всеми вытекающими…


 


— Марсель Янович, я представляю, как Вам, ученому-практику с мировым именем, обидно, когда Ваши научные открытия и по-настоящему инновационные разработки, плоды бессонных ночей и многочасовых экспериментов, остаются невостребованными?


— Знаете, я философски отношусь к жизни. У китайцев есть известное проклятие: «Чтоб ты жил в эпоху перемен!». А мы в такие времена, увы, и живем…


Но я горжусь тем, что за 27 лет наш институт все-таки сумел реализовать многие мои задумки. Кроме одной: я пока так и не смог решить проблемы получения сверхпроводящих материалов, которые работали бы при нормальных температурах. Ведь по образованию я не строитель, а физик, материаловед. Хочу успеть написать книги по всем новым материалам, конструкциям и технологиям — чтобы они остались людям, стране.


Как-то наш Президент сказал, что патриот страны — это тот, кто не ворует. Согласен, но этого определения, с моей точки зрения, недостаточно. Я думаю, что патриот страны — это тот, кто ей служит и отдает ее процветанию все свои силы, знания и талант.


И я искренне переживаю из-за отсутствия должного порядка в родном Отечестве. В нашей по-настоящему великой стране. Но верю, что так будет не всегда. Россия и ее народ должны процветать.


 


— Спасибо, Марсель Янович, за откровенный и очень интересный разговор. Успеха лично Вам и Вашему институту во всех начинаниях!


Беседу вел Владимир РЕЧМЕНСКИЙ


Фото автора

Комментарии запрещены.